суббота, 18 октября 2014 г.

Пауки в сети

Кто диктует статьи в немецких СМИ

Книга известного немецкого журналиста и публициста Удо Ульфкотте "Продажные журналисты" стала бестселлером. О том, какие силы и деньги стоят за статьями в немецких СМИ, ее автор рассказал в интервью "РГ".



Вы считаете коррумпированными большинство немецких журналистов?

Удо Ульфкотте: Я проработал 17 лет в газете Frankfurter Allgemeine Zeitung, считающейся одной из самых престижных в мире. По моему опыту, в ней и в других международных западных изданиях коррумпированы почти все журналисты, которые поднялись наверх. Я тоже рос по карьерной лестнице, был в элитных информационных сетях и американских организациях. Мне платили за то, что я писал проамериканские тексты. Меня приглашали в пятизвездочные отели, вручили золотые часы, давали много денег и даже подарили водолазное снаряжение. В тот период я не рассматривал это как что-то непорядочное, так как мои руководители и коллеги вели себя точно так же. Я написал о том, как подвержены коррупции профессионально растущие журналисты, работающие в западных СМИ, почему они односторонне настроены антироссийски и проамерикански, почему непременно хотят войны с Москвой. Честный ответ звучит так: они как пауки в сети, которые не могут поступить иначе. Если они будут нейтральными или станут писать правду, то потеряют работу.

Вы это можете доказать?

Удо Ульфкотте: Каждое предложение в книге подтверждается источниками. Хотя я назвал 321 имя, никто не отважился подать на меня в суд. Каждый знает, что у меня есть доказательства. Я даже описал факт подготовки разведслужбой Германии сообщений для немецких газет от имени конкретных авторов. Я могу это доказать, так как разведслужба писала и одну из статей, под которой стоит мое имя.

Немецкие журналисты ведущих изданий пишут только то, что нравится элитам, излагают новости так, как этого хотят политики, чтобы быть приглашенными в поездки, находиться в поле зрения политических деятелей. В международном контексте это выглядит еще хуже: почти все немецкие журналисты ведущих СМИ являются членами американских организаций, таких как "Атлантический мост", Институт Аспена, Германский фонд Маршалла и так далее. Многие подписали обязательства, что будут готовить проамериканские материалы. Я излагаю это в книге очень конкретно. Это не имеет ничего общего со свободой прессы. Кстати, ни один немецкий журналист так и не отважился написать о моей книге, хотя она стала бестселлером и переведена на английский и другие языки. Иначе они потеряют работу.

Кто стоит за манипулированием прессой в Германии?

Удо Ульфкотте: Политики, финансисты и специальные службы - вся эта тройка. Это закрытая система элит. Спецслужбы готовят информацию, финансовые элиты подсказывают журналистам, какие акции должны покупать или продавать граждане. Это подается как "тайная утечка". Со своей стороны, отдельные политики "теряют" папки с закрытой информацией. После чего они ожидают, что об этом будет сообщено в прессе... Американцы заинтересованы во внутренней дестабилизации Германии и других стран Евросоюза. Тогда они будут слишком заняты собой и не обратят внимания на военные приготовления США, в том числе направленные против России.

Чувствуете ли вы себя изгоем?

Удо Ульфкотте: Коллеги поддерживают меня. Но делают это не публично, так как боятся потерять работу.

О человеке с пустыми карманами

Как выглядят реальные результаты встречи в Милане, и как они отразятся на судьбе Новороссии?
– Судя по заявлениям, конкретных договоренностей в Милане не было достигнуто, да и немудрено, – отмечает директор Центра политической конъюнктуры Сергей Михеев. – Здесь надо понимать: эти переговоры Россию интересуют только с точки зрения ее собственных интересов. Наши интересы – это отмена санкций, возобновление проекта «Южный поток», возможная федерализация Украины. А как раз об этих вещах европейцы говорить не хотят. Песков прямо сказал, что вопрос о санкциях не обсуждался. Раз так, ничего интересного на этих переговорах – для нас – нет.

Единственный вопрос, который остается для обсуждения – шантаж Украины по поводу транзита газа. Но для Европы это такая же проблема, как и для нас. Если ЕС думает, что ее можно решить путем давления на Россию – это ошибка. Давление надо оказывать на Киев. В конце концов, если европейцы такие умные – пусть заплатят деньги за своих украинских партнеров, и вопрос будет закрыт. Но Европа не хочет ни платить за Украину, ни оказывать на нее давление.

Почему Путин заявил (по словам Ромпея), что Донбасский регион — это часть Украины?

– Ну да, Путин может это сказать. Но дело в том, что процессы внутри Украины в значительной степени идут сами по себе. У Запада есть иллюзия, что этими процессами управляем только мы. На деле – объективно – эти процессы возникли по внутриукраинским причинам, и по тем же причинам продолжают развиваться.

Конечно, Путин будет декларировать системную позицию. Ну, а на Украине что происходит? В качестве зеркального примера, люди, находящиеся у власти в Киеве, всячески отрицают, что неонацизм в «незалежной» возрождается. А по факту мы видим, что проходят факельные шествия, легализуются неонацисты. Системная позиция и реальные процессы – разные вещи.

Как после Милана будет развиваться ситуация на Востоке Украины?

– Я не представляю сейчас ситуации, при которой Новороссия сдаст позиции, и Донецк с Луганском вернутся под власть Киева. При нынешнем правительстве, и нынешней политической линии Киева – это невозможно. Возможно ли это в будущем? Думаю, если и возможно, то только в варианте конституционной реформы, и только на пути взаимных уступок.

Что может Киев предложить взамен?

– Пока – ничего. Вообще, участие Порошенко в миланской встрече – чисто символическое, потому что это человек с пустыми карманами, у него ничего нет. Порошенко не контролирует ситуацию даже в собственной стране.

Например, накануне переговоров в Милане украинские вооруженные подразделения начали обстреливать Донецк с Луганском. Это о чем говорит? О том, что кто-то хотел сорвать переговоры.

Но если украинской армией командует Порошенко – как это записано в украинской Конституции – получается, он должен был отдать приказ о срыве переговоров. А если он не отдавал приказа – это значит, что Порошенко никто не подчиняется, и многие люди на Украине ведут свою игру. О чем с таким человеком разговаривать?

На деле, Порошенко – полный политический банкрот. Да, когда-то он сделал хорошие деньги на торговле конфетами и сахаром, но больше – ничего. Никаких политических успехов у Порошенко никогда не было, а сейчас у него, повторюсь, еще и карманы пустые.

Почему тогда европейцы говорят с Порошенко?

– Европейская сторона делится на людей, которые не хотят видеть очевидные вещи, и на тех, которые их видят – типа итальянцев, – но не играют первую скрипку в ЕС. В этом – одна из проблем нынешней ситуации…


– Переговоры в Милане, полагаю, были парализованы американской агентурой, – уверен директор Института политических исследований, член Общественной палаты Сергей Марков. – Думаю, что США (их представители в Милане – Кэмерон и Баррозу) надавили на европейских участников переговоров, чтобы не допустить позитивного сдвига в сторону разрешения конфликта в Донбассе. Недаром Песков сказал, что «со стороны некоторых участников завтрака проявилось полное нежелание понять реальное положение дел на Юго-Востоке Украины».

Что касается второй встречи в «нормандском формате», возможно, на ней были достигнуты некоторые подвижки в газовом вопросе.

На мой взгляд, Вашингтон, через Порошенко и Меркель, хочет добиться, чтобы украинские войска взяли под контроль границу Новороссии с Россией, и тем самым осуществили окружение Донецкой и Луганской республик. Это было бы предпосылкой для акта геноцида в Новороссии.

Понятно, Путин на этот вариант не согласится, но как именно он осуществляет тактическое маневрирование, пока сказать трудно…

Читайте далее: http://www.svpressa.ru/politic/article/101360/

За ними охотятся, как за животными. В итоге в городе осталось восемь человек

Павел Раста: Записки "международного террориста" - Спартак



Здравствуйте, коллеги. Этой статьёй я открываю серию публикаций, которую я решил озаглавить, как: "Записки международного террориста". Ведь, с точки зрения т.н. "международного сообщества" я им и являюсь. Того самого, которое хочет стереть мой народ с лица земли. Что ж. От них это не такая уж и плохая рекомендация. Здесь это вообще предмет шуток. Добровольцы из большой России и местные ополченцы просят не путать: если ты местный - ты сепаратист, а если нет - ты международный террорист. И просьба нас друг с другом не путать, а то мы очень расстроимся. 
А окончательная правда в том, что все мы для них - биомасса, приговорённая к истреблению. Именно с этим мы не согласились, взяв в руки оружие. И именно это они сейчас пытаются сделать здесь, в Новороссии. Я насмотрелся этого уже на второй день после приезда. О чём сейчас и хочу вам рассказать.

Тёплый осенний полдень. Я не очень люблю это время года, признаюсь честно. Главным образом, потому, что совершенно не ясно, какую одежду на себя одевать. Утром и поздним вечером от холода стучат зубы, а днём жара вытапливает из тебя дух. Особенно это заметно здесь, на войне. Когда ты уже в зимней горке и свитере и всё это желательно не снимать. Мало ли, что произойдёт через минуту. Донецк, накануне, встретил ощущением какой-то странной, параллельной реальности: город сияет ночными огнями, по улицам ходят девчонки с длинными ногами, на каблуках высотой с Эйфелеву башню и юбках размером с пояс, работают кафе, матери с колясками гуляют по тротуарам... А на заднем фоне бьют "Грады" и рвутся мины. Бум-бум-бум - этот звук миномётных разрывов очень быстро учишься отличать от звука "Градов". Сидишь в кафе, чашки тихо позвякивают, а никто не обращает на это внимания. На это здесь очень быстро перестают обращать внимание. Я перестал уже на второй день.

Приказ на выдвижение поступил приблизительно в час дня. Отряд к этому выезду готовился. Я знал, что операция боевая, и сам попросил принять в ней участие. Не смотря на то, что на тот момент мне ещё не выдали оружие. Командира отряда "Варяг" я знаю уже давно. Это по его приглашению я был в Донецке зимой. Когда город в первый раз попытались захватить бандеровцы. Ещё без миномётов и установок залпового огня. Тогда Александр Матюшин был простым русским активистом. Теперь - командир отряда и фактический комендант нескольких районов столицы ДНР. На мою просьбу он отреагировал как-то странно. Сказал, что в этом рейде военный корреспондент будет очень нужен. Почему, я понял уже в машине, когда узнал цель операции: доставка продовольствия нескольким нуждающимся гражданам. Микроавтобус, полный до зубов вооружённых людей, вёз мешок картошки и мешок круп и макарон. Почему, чтобы накормить нескольких женщин и старика, потребовалась настоящая боевая операция, мне объяснили уже после того, как мы выдвинулись. Да я и сам всё понял, выглянув в окно. Тогда я впервые и услышал название этого маленького города. Или большого села. Это уже не важно. Потому, что его больше нет.

Спартак - город в Днецкой Народной Республике (бывшей Донецкой области бывшей "украины"). Население около 2000 человек. На данный момент в живых из них осталось всего восемь. Остальные или погибли, или бежали. В городе остались несколько женщин, которым некуда идти, и одинокий старик без ног, не пожелавший эвакуироваться. Весь боевой рейд отряда был организован для того, чтобы накормить их.


Граница между жизнью и смертью была пересечена незаметно. Никаких внешних проявлений у неё не было. Кроме тишины. Просто в один момент двери и окна микроавтобуса вдруг распахнулись и бойцы выставили в них автоматы и ручные пулемёты, а водитель вдавил в пол педаль газа. Если скорость более 120 километров - снайпер не может эффективно прицелиться. Это я тоже узнал в самый первый день здесь.



Очень скоро изменилось всё. Изменилась дорога, которая покрылась оспинами свежих артиллерийских попаданий. Изменились звуки: не стало птиц. Изменился воздух. Мы въезжали в Спартак. Мёртвый город на ничьей земле. Город на линии фронта. Город, оставшийся за чертой, отделяющей жизнь от смерти.



Вы когда-нибудь видели фильмы про апокалипсис? Тогда вы отдалённо можете представить себе эту картину: город наполовину разрушен и абсолютно, звеняще пуст. Нет даже собак и кошек. Нет даже птиц.Стоят магазины, в которых даже стёкла целы. И никого. Дома, половина из которых разрушена, а другая половина разграблена шайками мародёров и укровскими ДРГ, которые ещё хуже: мародёры просто грабят, а эти недоноски убивают. Очень жестоко убивают. Или сначала жестоко пытают, а затем убивают. Вырваться от них, это всё равно, что вырваться от маньяка - очень большая редкость и гарантированная инвалидность. Они очень любят встречать безоружных гражданских. Изначально в Спартаке оставалось больше людей. Гораздо больше. Царство Небесное вам, братья и сёстры. Жаль, что вы не поняли вовремя простой вещи: "украинствующие" - это больше не люди. Это существа. В которых нет ничего человеческого. А может и не было никогда. Кто знает...


Мы долго ездили по пустым улицам. Кружили. Обследовали окрестности. В один момент нам на встречу выехал ещё один микроавтобус. Мы остановились в 50 метрах друг от друга. Не зная, кто перед нами: свои или враг. Здесь бывает очень тяжело это понять. Оказалось, что свои. Ещё одна группа, патрулировавшая район. Поразило спокойствие бойцов. Как будто нет разницы между тем, поедем ли мы дальше, или примем бой прямо сейчас. Это тоже приходит здесь очень быстро.


Место назначения. Простая улица. Простой двор. Таких много в России. Разница лишь в одном: всё мертво. Этот город, давно брошенный почти всеми, украинская артиллерия каждый день продолжает терзать и терзать обстрелами, маниакально пытаясь добить тех, кто там ещё остался. За ними буквально охотятся. Как за животными. В итоге в городе осталось всего 8 человек. Из 2000. И к ним мы приехали.


Эти женщины (фотографии которых я не показываю по их просьбе) жили в подвале. Потому, что нельзя находиться нигде, кроме подвада. Потому, что их улицу несколько раз уже накрывало "Градами".




Это воронка от мины в центре огорода


Это погреб, в котором живут эти несчастные женщины - последние, оставшиеся в живых.


Это их дом. Бывший дом.



Это кухня, рядом с которой разорвалась ракета.



Это осколок "Града", размером с мою голову.
Подарок пана Порошенко тем, кого он сам считает своими подданными.


А здесь был курятник...


Знаете, что меня особенно поразило? Эти плачущие женщины практически целовали нам руки: они умоляли нас не сдаваться. Да, они благодарили нас. Да, они были рады нам. Но рыдали они тогда, когда просили нас не отступать. Не переставать бить эту нелюдь. Они молили нас зарыть их в землю. Уничтожить ту мразь, что сожгла их город, убила их соседей, друзей и близких. И никого не оставить под светом Божьим. Простые женщины... Русские женщины.

Когда я вышел от них, я долго не мог отдышаться. Я курил. Одну за одной. И не мог остановиться. Мне буквально свело скулы. От горя и ненависти. Немыслимой ненависти. Такой, которую можно чувствовать только видя такое. Той самой ненависти, которую чувствовали наши предки, когда 70 лет назад шли по этой же земле, осквернённой и разорённой фашистами. Той ненависти, которую они утолили только тогда, когда сожгли гитлеровский Берлин. От неё задыхаешься. От неё солнце темнеет и воздух начинает пахнуть серой. Она превращает кровь в твоих жилах в горящий напалм, который невыносимо жжёт и унять это можно, только отомстив тварям, сделавшим это.


И ведь Спартак - это не самое жуткое место на Донбассе. Есть ещё Иловайск. Есть ещё Горловка. Есть ещё несчитанное количество русских городов и сёл, растерзанных бешеной собакой по имени "украина". Грязной, кровожадной сукой, которую просто нельзя оставлять в живых. И мы сделаем всё, чтоб так оно и было.


Потом, когда мы ехали назад, пожилой пулемётчик (бывший артиллерист), недавно выписавшийся из военного госпиталя, рассказал мне о том, что т.н. "украинцы" делают с пленными. Как его бывший командир батареи и бойцы его рассчёта были взяты в плен. Их связали по рукам и ногам, так, что не шелохнуться, и положили бросили в могильник, где они четыре дня пролежали без движения под палящим солнцем среди разлагающихся трупов их боевых товарищей. Потом тех, кто выжил, отвезли в Славянск и Краматорск, где свiдомые освободители организовали натуральную фабрику смерти, где их люто пытали, резали и жгли, где им ломали кости. Когда во время перемирия их обменяли, это были уже глубокие старики. Седые и изувеченные.

В этот день я вдруг понял, что мне не страшно. Здесь за себя бояться стыдно. И это тоже очень быстро проходит. Страшно здесь другое. Страшно здесь ЭТО. И ЭТО надо остановить. Любой ценой. Любыми средствами. Остановить физически. Остановить тотально. Остановить под корень. Без сомнений. Без жалости. Потому, что это не люди. Это существа.

P.S.: Через полчаса после нашего отъезда, это место накрыло "Градами". Что стало с этими женщинами? Я промолчу, братья.

Я активно осваиваю оружие. Молитесь, гады. Уже скоро.

Искренне ваш, Павел Раста (позывной: "Шекспир").

США - страна-террорист

МОСКВА, 17 окт — РИА Новости. ОАО "Транснефть" констатирует на объектах нефтепровода Восточная Сибирь — Тихий Океан (ВСТО) массовый выход из строя мощных трансформаторов и электроприводов насосов производства компании Siemens; решение вопросов об их ремонте или замене затягивается, сообщил глава "Транснефти" Николай Токарев в интервью корпоративному журналу "Трубопроводный транспорт нефти".

"Мы столкнулись с совершенно вопиющими фактами, когда продукция Siemens, поставленная на объекты ВСТО, массово выходит из строя — за короткий срок сгорели пять из двадцати мощных трансформаторов и несколько электроприводов насосов. Вопрос об их ремонте или замене решается недопустимо долго", — сказал Токарев.

По трубопроводной системе ВСТО осуществляется поставка российской нефти в страны Азиатско-Тихоокеанского региона, а также на внутренний рынок. Первая очередь ВСТО была введена в декабре 2009 года, вторая — в декабре 2012 года.
РИА Новости http://ria.ru/economy/20141017/1028765896.html#ixzz3GV7Uv22q

Не только современную Россию подводит импортное оборудование. Неплохо знать историю террора США против СССР.


Американцы взрывали СССР
ЦРУ устраивало диверсии на советских газопроводах

Георгий Филин (№ 22 от 10.06.2013)


Без малого четверть века отделяет нас от иглинской трагедии – взрыва на газопроводе Западная Сибирь – Урал – Поволжье неподалёку от башкирской столицы, унёсшего жизни 645 человек. Что это было – досадная случайность или следствие чьей-то халатности, как об этом писали в советских газетах? Ни то, ни другое. Бывший член Совета национальной безопасности США Томас Рид признал, что взрывы на советских газопроводах – дело рук тайных агентов заокеанских спецслужб. Речь идёт как минимум о четырёх катастрофах, происшедших с 1982 по 1989 год. 
 
Взрыв на газопроводе Уренгой – Сургут – Челябинск был признан самым разрушительным на тот момент неядерным взрывом, его мощность за океаном оценили в три килотонны. Иглинский взрыв был ещё мощнее – 12 килотонн. Почти Хиросима – там рвануло 16 килотонн. Но советское руководство предпочло замолчать эти инциденты, и до сих пор очевидные теракты выдают за несчастные случаи, хотя американские специалисты из Стэнфордского университета и Института Гувера опубликовали десятки работ, не оставляющих сомнений в том, что взрывали наши газопроводы намеренно.

Из-за диверсий погибли сотни людей

Шёл второй час ночи 4 июня 1989 года. В 10 километрах от железнодорожной станции Аша должны были встретиться два идущих навстречу друг другу по Транссибу пассажирских состава – Новосибирск – Адлер и Адлер – Новосибирск. Обходчики, проверявшие пути, доложили диспетчеру участка: в 900 метрах от железнодорожного полотна, рядом с газопроводом, чувствуется сильный запах газа. Диспетчер от них отмахнулся – мол, утром проверим. Поезда между тем продолжали сближаться, и в момент, когда они встретились, произошёл взрыв. Да такой, что от ударной волны в городке, находящемся в 10 километрах от станции, в домах повылетали стёкла.

Столб пламени был виден за 100 километров. Вначале спасатели насчитали 258 погибших, затем сообщили о 575 жертвах. Примерно столько же человек получили тяжёлые раны. Более точный подсчёт с учётом умерших в больницах позволил говорить о 645 жертвах крушения. Среди них было около 200 детей, а также половина юношеской хоккейной сборной Советского Союза – хоккеисты челябинского «Трактора».

Официальная версия причин аварии гласила: трубопровод при строительстве в 1985 году был случайно повреждён ковшом экскаватора. Затем началась коррозия, образовался микросвищ, пошла утечка – и взрыв. Возможно, при встрече поездов возникла искра – то ли в момент торможения составов, то ли кто-то из пассажиров бросил в окошко тлеющий окурок. По какой-то причине правительственную комиссию подобная версия вполне устроила, и, отработав несколько дней, её участники вынесли вердикт – халатность.

Далее последовал суд. Длился он целых шесть лет. Но в результате из девяти подсудимых должностных лиц никого не посадили. Кстати, суд так и не смог определиться – то ли авария произошла из-за механического повреждения газопровода ковшом, то ли из-за свища на трубе, то ли из-за внезапной искры. А ведь к процессу были привлечены порядка 100 экспертов. Странно, не так ли?

Профессор Стэнфордского университета и Института Гувера Питер Швейцер, долгое время изучавший материалы тайной войны ЦРУ против СССР, пришёл к выводу, что советскому руководству было выгодно замолчать настоящую причину трагедии. И дело не только в том, что уже полным ходом шла перестройка, провозгласившая курс на сближение с США. Советского руководителя Михаила Горбачёва больше заботило другое: в мае 1989 года ему на стол положили материалы расследования взрыва газопровода в Сибири, происшедшего в 1982 году. В документах шла речь о том, что взрыв был частью спецоперации ЦРУ и, возможно, французской разведки. Мало того, представители отечественных спецслужб установили, что из 50 крупных аварий советских газопроводов, случившихся с 1985 по 1989 год, чуть ли не каждая четвёртая совершена диверсантами. Предать эту информацию гласности? Но тогда в общественном сознании американцы снова станут врагами. Шутка ли – организация взрывов, уносящих жизни мирных людей? В общем, о взрыве в Сибири предпочли помалкивать, а катастрофу на железной дороге списать на стечение обстоятельств.

В программу, управлявшую прокачкой газа, был заложен сбой

В 1981 году президент Франции Миттеран «подарил» своему американскому коллеге Рональду Рейгану подборку из 4 тыс. секретных документов, переданных французской спецслужбе DST из СССР агентом Farewell (в русском варианте агент Прощай) – советским полковником Владимиром Ветровым. Среди бумаг были детальные схемы газотранспортных коммуникаций, снабжённые описанием всех слабых мест. Директор ЦРУ Уильям Кейси решил дезинформировать КГБ, передавая через Ветрова технологические данные, которые в нужный момент могли дать сбой и привести к катастрофе. В частности, «сбой» был заложен в компьютерную программу для автоматизации технологических процессов на газопроводах – эта программа управляла элементами системы прокачки газа.

За три часа до иглинской катастрофы приборы зафиксировали резкое падение давления в газопроводе – подтверждающие этот факт документы приобщены к судебным материалам. Для восстановления давления подача газа была увеличена. Примечательно, что пик подачи пришёлся на 1 час 10 минут ночи, а взрыв произошёл всего через пять минут. Случайность? Или спланированный заранее сбой системы? Питер Швейцер склонен считать, что сбой был отнюдь не случаен. Автоматического управления подачей газа на тот момент не было, всё выполнялось вручную. Техник сам поднял давление, получив данные о резком падении. Вот эти самые данные и были «слабым звеном» канадской технологической системы, которую наши спецслужбы «позаимствовали» на Западе с помощью предателя Ветрова.

О взрыве газопровода в Уренгое в 1982 году писатель Эдуард Тополь позже напишет, что его-де организовал ненец, мстящий советскому государству за притеснение нацменьшинств. Может быть, так и было – материалы расследования засекречены до сих пор. Тополь, работая над своей книжкой «Красный газ», был вправе домысливать – всё-таки он писал не документальное исследование. А вот в книге «У бездны – инсайдерская история холодной войны» Томаса Рида содержатся только факты и никаких домыслов. И эти факты свидетельствуют: за взрывом в Уренгое стояли американцы.

Взрывы были частью «психологической войны» против СССР

И Томас Рид, и Питер Швейцер упоминали и о других диверсиях, случившихся на закате советской истории. В частности, о взрыве на станции Арзамас Горьковской железной дороги, прогремевшем 4 июня 1988 года, – день в день за год до иглинской трагедии. Погиб 91 человек, ещё 1,5 тыс. получили ранения. Взрывом смело 151 постройку, крова лишились почти 1 тыс. местных жителей. Правда, виной разрушений в тот раз стала не утечка на газопроводе, а якобы сдетонировавшая взрывчатка, предназначавшаяся для геологов – 120 тонн. Но вот так ли уж случайно она сдетонировала? Три следственные группы – КГБ, МВД и Генпрокуратуры СССР – на этот вопрос внятно ответить не смогли. Бывший глава УВД Нижегородской области Виктор Карпычев спустя 10 лет после трагедии признал, что ни одна из отрабатываемых «бытовых» версий трагедии подтверждения не нашла. Значит, теракт? А был ещё взрыв на станции Свердловск-Сортировочная 4 октября 1988 года. Жертв тогда было сравнительно немного, всего четверо погибших. Но 500 человек получили ранения, а около тысячи жителей частного сектора вблизи станции стали бездомными.

Все эти взрывы были частью «психологической войны» против СССР, полагает Томас Рид. Считается, что именно технология «психологических операций» (PSYOP), которую начали применять при президенте Рейгане, и стала началом конца Советского Союза. Один из разработчиков этой технологии – Гас Вайс, который так же, как и Рид, входил в состав Совета национальной безопасности, в 1996 году опубликовал в журнале Studies in Intelligence, издаваемом ЦРУ, статью о методах психологического давления, применявшихся в ходе холодной войны. Среди этих методов упоминалась и дестабилизация общественного сознания с помощью рукотворных катастроф.

Сегодня любой желающий может найти на официальном интернет-сайте ЦРУ страничку, посвящённую предателю Ветрову и так называемому «Досье агента Прощай». Авторы этой странички признают и факты диверсий на газопроводах в 80-е годы, и наличие в советском оборудовании «модифицированных специалистами ЦРУ программ и чипов», приводивших к взрывам и катастрофам. Казалось бы, пришло время серьёзно пересмотреть события недавней истории, по-новому взглянуть на иглинскую, уренгойскую и арзамасскую трагедии. Но только кто сейчас вспоминает об этих катастрофах? Да и знают ли люди о них вообще?