Д. Н. Малахов
Проведен анализ боевого применения авиации в локальных войнах и военных конфликтах в 30-е гг. XX века, выделены положительные и отрицательные моменты участия ВВС в боевых действиях. Исследовано отношение военно-политического руководства к результатам боевого применения авиации.
В 30-е годы XX века блок фашистских госу-дарств во главе с Германией развернул непосредственную подготовку к новой мировой войне. Большую опасность представляла фашистская. Германия, которая стала одной из крупнейших в авиационном отношении капиталистических стран. С каждым годом все больше наращивали свою авиационную мощь Италия и Япония.
Обстановка вблизи государственной границы с Китаем была неспокойной. Постоянно происходили проникновения малочисленных группировок, иногда в нескольких районах одновременно. Более активно боевые действия велись в районе Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД) в 1929 г. К этому времени советская авиация успела перевооружиться на первые отечественные самолеты. Произошли изменения в организационной структуре: авиационной частью являлся уже не отряд, а эскадрилья.
Для оказания отпора противника на КВЖД была образована Особая Дальневосточная армия
(ОДВА), командование которой было поручено В. К. Блюхеру.
Большую роль в обеспечении успеха боевых действий играла авиация. Боевой опыт этого быстро растущего рода войск имел особое значение. Содействовать с воздуха частям ОДВА должна была специальная авиационная группировка, для создания которой из европейской части СССР были перебазированы две авиационные эскадрильи: 40-я авиационная эскадрилья (железнодорожным транспортом на Дальний Восток) и 26-я авиационная эскадрилья, совершившая сложный перелет в Забайкалье. В течение четырех дней 18 боевых самолетов преодолели расстояние более чем в 4000 км. 26-я авиационная эскадрилья вместе с двумя авиаотрядами, базировавшимися там, образовала Забайкальскую авиационную группу,
насчитывавшую около 40 самолетов.
Проведенный военный конфликт выявил ряд недостатков, которые усложняли подготовку бое-
вого управления, хотя в ряде случаев оно в большей степени затруднялось позицией высших
военно-политических инстанций. Прежде всего речь идет
а) о неопределенности военно-политической квалификации конфликтов;
б) о создании многоуровневых и дублирующих управленческих структур и т. д.
В первом случае отсутствие четких и ясных оценок сути и перспектив военного столкновения
со стороны И. В. Сталина, наркоматов обороны и иностранных дел держало в напряжении военное командование на местах, сковывало его инициативу. 15 августа 1931 г. В. К. Блюхер отправил начальнику штаба РККА письмо. В нем, наряду с разбором действий Забайкальской группы войск в конфликте на КВЖД, содержались некоторые общие оценки военной кампании. В. К. Блюхер четко определил зависимость регионального военного командования от «большой политики»: "Ясности отношений, существующих между двумя противниками на войне, у ОКДВА не было. Не было войны, но не было и мира, а был "конфликт" крайне осложнявший каждое проявление активности армии… Армия в течение пяти месяцев находилась в исключительно нервно-напряженном
состоянии… Ни одна из проводимых нами операций не давала гарантии, что в последний момент
она, по соображениям наших международных отношений, не будет отменена».
13 июля 1930 г. состоялось заседание РВС
СССР, на котором обсуждались доклады командования ОКДВА об итогах операций. По инициативе К. Е. Ворошилова отредактированный и
обобщенный доклад участников заседания рассылался на места для ознакомления начсостава.
Однако, несмотря на определенную значимость боевого опыта КВЖД, В. К. Блюхер, выступая на XVI съезде партии, уточнил, что «произошло лишь несколько боевых столкновений».
Возможно, скромность оценки была предопределена соответствующим отношением военного руководства.
Например, нарком обороны в
докладе на собрании начсостава Московского
гарнизона, говоря об итогах расширенного заседания РВС СССР по вопросам боевой подготовки РККА в 1929–1930 гг. и учебных задачах на
1931 г., ни одним словом не обмолвился о боях на
КВЖД.
Таким образом, опыт военных действий на
КВЖД был достаточно осмыслен и описан в
ОКДВА и инспекторате РККА, но, по большому
счету, он оказался невоспринятым высшим военным руководством.
Одним из вооруженных столкновений, которые происходили в 30-е гг., явилась национально-
революционная война в Испании.
Военная авиация Испании была немногочисленна. В ней имелось до 320 боеготовых самолетов, еще 200 находилось в резерве. Авиационные части располагались на семи аэродромах в
метрополии, некоторые отряды базировались в
колониях. На вооружении испанских ВВС состояли в основном самолеты иностранного происхождения с невысокими по тому времени тактико-техническими данными, выпущенные в 20-е
гг.: истребители «Ньюпор-52», «Мартинсайд Ф-
4», «Хоукер Фьюри»; бомбардировщики «Бреге-
19», «Де-Хевиленд ДХ 9»; разведчик «Лоринг Р-
3». Все они имели скорость полета от 300 до 400
км/ч, пулеметное вооружение и бомбовую нагрузку до 400 кг.
Опыт боевых действий авиации в Испании
значим тем, что там впервые столкнулись будущие противники – СССР и Германия.
В начале боевых действий в 1937 г. советские
летчики сбили 315 самолетов противника, потери
которого за первые 9 месяцев воздушных боев
превышали наши в 2,6 раза (в отдельные месяцы
– в 8–9 раз) . До середины 1937 г. республи-
канская авиация сохраняла господство в воздухе.
В Испании проходили воздушные бои, где с
каждой стороны участвовало от 60 до 100 само-
летов. К примеру, в Брунетской операции за 25
дней 133 наших летчика совершили около 3 тыс.
самолетовылетов. Но использование авиации но-
сило преимущественно тактический характер;
самостоятельных оперативных задач не стави-
лось, что подтвердил также опыт боев под Гвадалахарой .
В начале боевых действий обе стороны пыта-
лись совершать налеты на аэродромы противника. Несмотря на отдельные успехи, до 40 % этих
акций были неудачными, прежде всего из-за слабой разведки.
Немцы активно атаковали с воздуха республиканские части: при этом использовались пики-
рующая и планирующая бомбардировки, штурмовка позиций. Эти действия давали большой
материальный и моральный эффект, что отмечал
еще М. Н. Тухачевский.
Наши бомбардировщики также действовали
достаточно активно. Эскадрилья СБ за 7 месяцев
боев совершила 1128 самолетовылетов, налетав
2459 часов; было сброшено 6768 бомб, в том
числе 4512 100 кг и 2256 50 кг. 25 февраля 1938 г.
командир эскадрильи Сенаторов представил командованию ВВС РККА записку «О боевых действиях СБ», в которой подробно проанализировал тактико-технические показатели боев в Испании.
Всего с 1936 по 1939 г. Советский Союз поставил в Испанию 648 самолетов. В войсках республиканцев находились советские военные со-
ветники Я. В. Смушкевич и Г. И. Тхор, комиссаром группы советских летчиков был А. Агальцов. Кроме того, взяв себе вымышленные имена,
туда отправились из Советского Союза, как и из
многих других стран мира, интернационалисты-добровольцы. Среди них было 770 авиационных
специалистов: летчиков, штурманов, воздушных
стрелков, инженеров и техников. Широко известны по испанским событиям имена
Я. В. Смушкевича, бывшего советником при командующем республиканской авиацией И. И. де
Сиснеросе, летчиков-истребителей И. Копца,
П. Рычагова, А. Серова, С.Тархова, С. Черных;
летчиков, пилотировавших бомбардировщики,
http://vestnik.yspu.org/releases/2009_3g/50.pdf
